г. Тула, ул. Тургеневская, д. 48
Сегодня работаем с 10 до 20 часов
Предсимволизм — лики и отражения
Игорь Манцов
18 июня 2022г.

В 2020 году Институт мировой литературы Российской академии наук (ИМЛИ РАН) выпустил смехотворным тиражом 300 экземпляров коллективную монографию «ПРЕДСИМВОЛИЗМ – ЛИКИ И ОТРАЖЕНИЯ» под редакцией Е. А. Тахо-Годи, которая, между прочим, является племянницей Азы Тахо-Годи – жены и хранительницы наследия легендарного философа Алексея Фёдоровича Лосева. Литературная общественность готовится отметить в октябре этого года 100-летний юбилей ныне здравствующей Азы Алибековны – выдающейся переводчицы и филолога-классика!

Однако сегодня речь не об античной литературе, а о литературе, тематически, стилистически и идейно предшествовавшей у нас символизму. В своём «Введении» Елена Тахо-Годи отмечает, что предсимволизм – одно из наименее исследованных явлений в истории русской литературы XIX столетия: «Наряду с романтиками и предсимволистами «своими» для символистов оказываются и такие ушедшие из жизни в «эпоху безвременья» поэты, как А. К. Толстой и А. А. Фет. В толстовских шуточных стихотворениях очевидна мысль об абсурде самой действительности, посрамляющей рационалистически мыслящего субъекта, тогда как у А. А. Фета на смену прежнего гармоничного поэтического мира пушкинской поры приходит диффузный и иррациональный, равно тяготеющий к небытию и бытию».

И далее: «Внимание к фигурам «второго ряда», к эпохам трансформации литературных парадигм, в том числе к предсимволизму, явно усилилось в нашей науке в последние три десятилетия». В центр внимания крупных филологов неожиданно выдвинулись А. Н. Апухтин, К. Р. (великий князь Константин Романов), М. А. Лохвицкая, К. К. Случевский, К. М. Фофанов. А в октябре 2017-го даже состоялась первая международная конференция о поэзии предсимволизма, приуроченная к 200-летию А. К. Толстого и 180-летию К. К. Случевского. Коротко говоря, предсимволизм – мост, связующий романтизм и символизм.

Итак, перед нами 542 исключительно содержательные страницы на хорошей бумаге. 31 статья. Авторы – сплошь доценты с кандидатами, доктора и будущие академики. Уровень анализа максимально высокий, материал незаезженный, изложение этого материала – демократичное, с увлекательными смысловыми перебивками. Татьяна Смородинская, преподающая в американском колледже, попросту выбирает тему в духе голливудских сюжетов: «Сны, видения и кошмары К. К. Случевского». Ключевые слова: сон в литературе, сумасшествие, символизм, подсознание, психиатрия. Начинается статья так: «Сновидение – один из самых древних литературных приёмов…»

Но дальше куда интереснее: «…Из писателей второго круга А. М. Ремизов особо выделяет И. С. Тургенева, называя его сновидцем и утверждая, что сон появляется почти в каждом тургеневском рассказе и в этом с ним сопоставим только Н. С. Лесков. В своих многочисленных обращениях к анализу снов в русской литературе Ремизов ни разу не упоминает К. К. Случевского, возможно не считая его писателем ни первого, ни второго круга, хотя Случевский был «сновидцем» не менее Тургенева и оставил настоящую энциклопедию литературных сновидений и кошмаров. В поэзии Случевского сны и кошмары продолжали литературные традиции XIX века и часто предвосхищали поиски символистов».

Одного такого абзаца достаточно, чтобы, сбросив с корабля невкусные плоды школьных уроков, на которых Тургенев сводился к несложным отношениям Хоря с Калинычем и к агрессивным манифестам Базарова, прочитать Ивана Сергеевича уже в полном объёме и новыми глазами. Равно как и Лескова с Ремизовым. Воистину, эта коллективная монография невероятна заразительна.

«По свидетельству И. Л. Леонтьева-Щеглова: “Когда в Новодевичьем монастыре хоронили поэта Случевского, близкий ему человек передавал мне загадочную подробность об его “умирании”… Во время тяжкой болезни вся его прежняя жизнь, вся живая действительность представлялась ему одним длинным СНОМ, и, напротив: все видения в бреду принимались им как ЖИВАЯ ЖИЗНЬ, как новая действительность. С этим убеждением он и умер”. Случевский не дожил два года до публикации «Толкования сновидений» Зигмунда Фрейда».

Отечественные филологи пишут, впрочем, даже интереснее, чем Т. Смородинская. Одни только названия их статей вдохновляют на чтение немедленное, внимательное и благодарное:

- «Предсимволизм как русский Проторенессанс»;

- «Русская классическая поэзия XIX века в раннем символизме: проблема модернистского текста и индивидуальные практики»;

- «Был ли Козьма Прутков реалистом?»;

- «Смерть Тарелкина» А. В. Сухово-Кобылина как реплика на «Смерть Иоанна Грозного» А. К. Толстого: рождение театра из пародийного комментария»;

- «Метонимия у А. С. Пушкина и поэтическая ассоциативность А. А. Фета»;

- «Мотив любви к «мёртвой возлюбленной» в лирике С. Я. Надсона»;

- «В. П. Буренин как оппонент и предтеча литературного модерна»;

- «Семиотические коллизии в творчестве А. А. Голенищева-Кутузова: вагнеровское vs. пушкинское»;

- «”Поставить третьестепенного К. Случевского выше В. Соловьёва”: Д. П. Святополк-Мирский и наследие К. К. Случевского»;

- «Стихотворные тексты и подтексты в пьесе Ф. Сологуба «Заложники жизни»;

- «Вл. Соловьёв в главном романе Андрея Белого»;

- «Фофановские мотивы в творчестве Игоря Северянина».

Добавим, что в книге есть вклейка с выразительными и качественными фотографиями всех основных её героев. 


теги статьи:

Литература Рецензии

Поделиться статьёй: